Дефицит региональных бюджетов в России может достичь 2 триллионов рублей к 2026 году

Российская бюджетная система столкнулась с серьёзными трудностями. Глава Минфина Антон Силуанов, выступая в Госдуме, охарактеризовал ситуацию как «непростой». За этой формулировкой скрывается ухудшение региональных финансов: дефицит бюджетов субъектов РФ в 2026 году может составить почти 2 триллиона рублей. Для сравнения, год назад этот показатель был равен 1,5 триллиона, то есть дыра выросла на 400 миллиардов.

Основная причина — обрушение поступлений от налога на прибыль. Регионы недосчитались 480 миллиардов рублей из этого источника. Особенно сильно удар пришёлся по сырьевым территориям — Ямало-Ненецкому автономному округу, Коми, Оренбургской области. Их бюджеты оказались заложниками прибыльности корпоративного сектора: как только бизнес стал зарабатывать меньше, доходы резко упали.

Бизнес-стратег Евгения Истомина считает, что снижение налога на прибыль сигнализирует о глубинных проблемах в экономике, в частности о падении рентабельности компаний. «Особенно уязвимыми оказываются территории, сильно зависящие от отдельных отраслей, — подчеркнула она. — Там колебания прибыли ощущаются наиболее болезненно. Пример Коми, Оренбургской области и Ямала подтверждает, что сырьевая специализация не гарантирует стабильности бюджетных поступлений».

Эксперт отметила, что регионам придётся урезать инвестиционные программы, замораживать инфраструктурные проекты и сокращать социальную поддержку. Федеральная помощь может смягчить последствия, но «имеет свои пределы». По её мнению, необходимы более гибкая бюджетная политика и диверсификация доходов.

Доцент Финансового университета при Правительстве РФ Ольга Борисова назвала три возможных направления действий. Первое — увеличение ненефтегазовых доходов за счёт повышения собираемости налогов и контроля за банковскими счетами граждан без официальной занятости. Второе — наращивание нефтегазовых доходов путём увеличения объёмов продаж, поиска новых контрагентов, а также расширения экспорта аграрной продукции, в том числе халяльной, в страны Азии и Ближнего Востока.

Третий путь — сокращение расходов. Это может затронуть национальные проекты, инфраструктурные и дорожные программы, а также госаппарат. При этом меры поддержки должны стать более адресными. Борисова также упомянула возможность стимулирования потребительской активности за счёт снижения ключевой ставки и в качестве крайней меры — налог на сверхприбыль компаний. Однако она предупредила, что регулярное применение такого налога сдерживает развитие бизнеса, поэтому его можно ввести однократно.

Простых решений проблемы нет. Все действия — компромисс между экономией и риском затормозить экономический рост, который в этом году, по прогнозам, составит около 1%. Главный вопрос не в том, удастся ли закрыть дыру в 2 триллиона, а станет ли этот кризис разовым эпизодом или новой финансовой реальностью для регионов.