Олигархи теряют миллиарды, но средний класс не растет

За первые месяцы 2026 года совокупное состояние российских миллиардеров сократилось почти на 20 млрд долларов, согласно данным Bloomberg Billionaire Index. Наиболее существенные потери понес Михаил Прохоров, чей капитал уменьшился на 6,5 млрд долларов, Владимир Потанин — на 3,73 млрд, а Алишер Усманов — на 2,9 млрд.

Однако за этими внушительными цифрами скрывается главный парадокс российской экономики, который не отражается в биржевых сводках. Не все богатейшие люди страны теряют свои состояния: Алексей Мордашов, владелец «Северстали», разбогател на 1,4 млрд долларов, капитал Леонида Михельсона вырос на 460 млн, а Геннадия Тимченко — на 853 млн долларов.

Для большинства граждан гораздо актуальнее вопрос не о потерях миллиардеров, а о том, как прожить от зарплаты до зарплаты и хватит ли семейного бюджета на обязательные траты. MSK1.RU разбирался в этом парадоксе.

Экономист Андрей Бунич поясняет, что снижение рейтинговой оценки не означает физического исчезновения средств. По его мнению, речь идет о переоценке стоимости активов, которые сейчас на российском рынке, вероятно, недооценены. Эксперт напоминает, что состояния отечественных олигархов на протяжении многих лет стабильно увеличивались, поэтому текущая просадка лишь частично нивелирует предыдущий рост.

В целом же совокупный капитал российских миллиардеров из рейтинга Bloomberg оценивается примерно в 320 млрд долларов. Потеря 20 млрд — сумма существенная, но не меняющая фундаментальную картину, подчеркивает Бунич. «Фактически речь идет о том, что состояние богатейших россиян находится приблизительно на одном уровне», — заключает экономист.

Снижение состояний напрямую связано с падением фондового рынка и коррекцией стоимости цифровых компаний, отмечает доцент Финансового университета при правительстве РФ Ольга Борисова. В то же время рост капиталов Мордашова, Михельсона и Тимченко на 853 млн долларов объясняется высоким спросом на российскую сталь и энергоресурсы, вызванным геополитической ситуацией. Эта динамика демонстрирует, что кризис для одних секторов оборачивается новыми возможностями для других даже в рамках единой экономики.

Ольга Борисова утверждает, что, по данным Росстата, материальное расслоение в России сокращается, а уровень официальной бедности снизился до отметки 7,7%. Такие изменения она связывает с социальными программами, развитием бизнеса и вложениями в человеческий капитал.

При этом ситуация в разных регионах сильно отличается. В качестве примера Борисова приводит Чукотку, где даже средняя официальная зарплата достигает 208 тысяч рублей, и предлагает изучать опыт таких субъектов для поиска точек роста остальных территорий.

Андрей Бунич настроен менее оптимистично: по его словам, социальная структура российского общества остается неизменной с начала девяностых годов. Она включает в себя немногочисленный класс богатых, очень маленький средний класс и почти две трети населения, относящихся к так называемому «классу ограниченного потребления». Эти люди способны покрывать текущие затраты, но испытывают трудности с покупкой товаров длительного пользования и часто вынуждены обращаться к кредитам.

Бунич оценивает долю среднего класса в России примерно в 25%, что значительно ниже, чем в сопоставимых по уровню развития государствах, где этот показатель должен достигать около 60%. Отсутствие полноценного среднего класса, по мнению экономиста, и формирует негативное отношение к сверхбогатству.

Эксперт поясняет: когда большая часть людей чувствует себя финансово стабильной и может обеспечить себе достойную жизнь, чужая роскошь перестает быть главным источником раздражения. Но когда большинство вокруг сводит концы с концами, новости о миллиардах олигархов вызывают устойчивое неприятие.