Ретейлеры выбирают импортный картофель: причины и последствия

Фермеры из разных регионов России сообщают о переполненных складах и падении цен на картофель ниже себестоимости. Однако федеральные розничные сети активно выкладывают на полки молодой картофель из Египта, Азербайджана, Пакистана и Китая. Отечественная продукция дешевеет, но её не берут, а импортная занимает лучшие места в супермаркетах. Производители говорят о перекосе рынка и угрозе для внутреннего сельского хозяйства, тогда как ретейлеры утверждают, что объёмы закупок не сокращались.

Бизнес-аналитик Виталий Лавринович связывает ситуацию с сезонностью, логистикой и коммерческой моделью крупных сетей. По его словам, весной качество российского картофеля ухудшается, растут затраты на хранение, а продукт становится менее привлекательным для потребителя. Для ретейла критически важны стабильность поставок, единый калибр, внешний вид и срок хранения, поэтому в межсезонье сети переключаются на молодой импортный урожай.

«Для небольших и средних хозяйств это создает серьезные кассовые разрывы и риски сокращения посевных площадей уже в следующем сезоне», — подчеркивает Лавринович. Он отмечает, что российские производители активно инвестировали в расширение мощностей и строительство хранилищ, рассчитывая на приоритет внутреннего рынка. Но при резком росте доли импорта внутренний рынок быстро перенасыщается.

По мнению аналитика, речь идёт о временном смещении ассортимента в пользу более товарного молодого импорта, а не о полном отказе от российской продукции. Однако отсутствие согласованности между производителями, сетями и агропланированием создаёт риски: если конфликт затянется, часть хозяйств сократит инвестиции в хранение и производство, что усилит зависимость от импорта в будущем.

Руководитель центра международного агробизнеса и продовольственной безопасности РАНХиГС Анатолий Тихонов считает заявления о вытеснении отечественных производителей слишком эмоциональными. Он напоминает, что по итогам прошлого года Россия вышла почти на 98% самообеспечения картофелем при плановом показателе доктрины продовольственной безопасности в 95%.

Тихонов приводит данные: в прошлом году в реализационном секторе выращено рекордные 8,5 млн тонн картофеля, а ещё примерно столько же — в частных хозяйствах. Импорт с начала года составил всего около 16 тысяч тонн, что менее трёх процентов от урожая. «Говорить о критической зависимости от импорта не приходится», — утверждает он.

Эксперт объясняет присутствие импорта естественным межсезоньем: с конца зимы до начала лета запасы отечественного картофеля сокращаются, а качество снижается из-за несовершенства хранилищ. Ретейл вынужден обращаться к поставщикам из стран с более длинным сельскохозяйственным сезоном — Азербайджана, Египта, Пакистана.

По словам Тихонова, угрозы продовольственной безопасности нет, но есть проблема продовольственной экономики. Тревожные сигналы поступают из отдельных регионов, например Владимирской и Новгородской областей, где фермеры жалуются, что сети предпочитают импорт. Этим уже занимаются ФАС, федеральные и региональные власти.

Что касается борщевого набора, доля отечественных овощей в крупнейших федеральных сетях достигает 90%. Свекла почти полностью российская, морковь и лук — примерно на 90%. Проблемы есть с баклажанами, перцем и чесноком: китайский чеснок дешевле, но российское производство активно развивается. «Мы используем мировое разделение труда: покупаем продукцию, по которой в России в теплицах выращивать дорого», — поясняет Тихонов.

Он подчёркивает, что иногда возникает перепроизводство капусты или моркови, когда урожай не успевают вывозить с полей. Ключевые вызовы — не в производстве, а в цепочке «поле — прилавок»: необходимо настраивать долгосрочные контракты, логистику и переработку.