Китай рекламирует ученых, а в России аспирантура пустеет

В Китае решили сменить образ успеха для молодежи: вместо поп-звезд и актеров с рекламных экранов крупнейших мегаполисов теперь смотрят физики, врачи и инженеры. На билбордах разместили портреты исследователей с посылом: «Это настоящие главные звезды, за которыми нам следует следовать».

России тоже нужен способ сделать науку привлекательной. Однако эксперты предупреждают: если ученый вынужден подрабатывать блогером, а выпускнику вуза выгоднее стать курьером, чем аспирантом, одним красивым билбордом проблему не решить.

«Китайцы озаботились этой проблемой, это очень хорошо, но для нас это своего рода урок, потому что у нас ситуация с резервом научных кадров еще более тяжелая», — заявил в интервью MSK1.RU профессор Александр Щербаков, доктор экономических наук, академик Межрегиональной академии труда и занятости. По его мнению, просто перенести китайскую идею с улиц Шанхая или Пекина на российские города вряд ли будет достаточно.

В публичном пространстве наука часто предстает как нечто одновременно великое и абстрактное. «Развитие цивилизации», «инновационный потенциал», «фундаментальные исследования» звучат солидно, но молодому человеку не становится понятнее, зачем лично ему идти в аспирантуру или в НИИ.

Научная карьера длинная: университет, аспирантура, исследования, публикации, гранты, постепенное продвижение. Если на выходе молодой специалист получает существенно меньше того, кто выбрал более быстрый путь заработка, престиж профессии начинает работать против реальности.

Щербаков напоминает, что даже в годы застоя научная деятельность воспринималась как очень престижная, а потому и привлекательная.

«Может быть, не стоит возвращаться в те советские времена, может быть, найти какой-то другой подход. Но нужно заинтересовать молодежь именно в научной деятельности. Надо говорить о том, какой вклад ученые внесли в развитие общества, как важна наука для нашей каждодневной жизни», — рассуждает профессор Щербаков.

Кандидат медицинских наук и президент «Лиги защиты врачей» Семен Гальперин говорит, что впервые за многие годы в аспирантуре появляются свободные места, хотя раньше поступление туда воспринималось как серьезное достижение. В медицине похожая ситуация и с ординатурой, куда не могут набрать молодых специалистов.

Удивляться этому не приходится. Молодой специалист заканчивает университет в то время, когда вокруг масса профессий с гораздо более быстрым финансовым результатом. Понять, сколько реально зарабатывают молодые ученые в России, сложно — точных данных нет. Многочисленные сайты дают разную картину. Портал Quick Offer приводит коридор в 40–70 тысяч, а Dream Job говорит о 60–120 тысячах и средней зарплате в 93 тысячи. И даже в это не верится.

Современному ученому всё чаще приходится зарабатывать не только наукой, говорит Гальперин. Даже известные ученые вынуждены искать дополнительные источники дохода: вести блоги, выступать, делать передачи. В некоторых случаях исследователям приходится самим искать деньги на свои проекты, поскольку получение грантов становится тем еще квестом.

Получается абсурд: чтобы продолжать заниматься исследованиями, ученому приходится тратить время на деятельность вокруг науки.

При этом проблема, по словам Гальперина, не сводится только к низким зарплатам. Вопрос еще и в том, как устроена сама система поддержки науки и кто принимает решения о распределении денег.

Средства на крупные проекты выделяются, однако профессиональное сообщество, по словам Гальперина, не всегда достаточно участвует в принятии решений и редко с ним советуется.

Настоящая научная среда возникает не из программы на пять лет и не из красивой презентации. Она формируется годами, если не десятилетиями: когда молодой исследователь видит рядом сильного руководителя, понимает, что его работа кому-то нужна, получает возможность ошибаться и пробовать снова.

Так что можно, конечно, сделать ученого «звездой», как в Китае. Но если за этой «звездой» стоит бедная лаборатория, неопределенная карьера и вечный поиск денег на исследования, молодой человек, скорее всего, посмотрит на экран с портретом академика или даже нобелевского лауреата — и пройдет мимо.