Цифровые друзья: почему ИИ вытесняет живое общение

Российские психологи и психотерапевты фиксируют резкий рост числа пациентов, страдающих от болезненного увлечения нейросетями. За последние два года количество таких обращений увеличилось в семь раз. Telegram-канал «Русская экономика» уточняет, что если в 2024-м подобные случаи были единичными, то сейчас с этой проблемой приходит примерно каждый 30-й клиент, и динамика будет расти.

Примечательно, что к специалистам чаще обращаются не сами пользователи ИИ, а их близкие. Супруги, родители и друзья замечают, что родной человек эмоционально «переселяется» в виртуальное пространство, игнорируя реальные отношения.

Особенно подвержены этому увлечению зумеры. Начав с поручений боту написать письмо или подобрать фильм, многие перешли к обсуждению с ним личных переживаний: расставаний, тревог, чувства одиночества. Главный аргумент — отсутствие упреков вроде «Ты меня вообще слушаешь?».

Ситуация напоминает алкогольную или наркотическую зависимость: человек не осознает проблемы, а близкие видят, что он часами переписывается с ботом. Фактически двое живут в одной квартире, но один из них давно находится в диалоге с машиной.

Практический психолог Татьяна Голдман в беседе с MSK1.RU поясняет, что ИИ действительно упрощает коммуникацию. Бот доступен круглосуточно, он не устает, не обижается и не отвечает через шесть часов «сорян, только увидел».

Нейросеть мгновенно реагирует и позволяет обсуждать темы, о которых неловко говорить с близкими. При этом пользователь защищен от критики, отказа или конфликта. Однако именно эта предсказуемость, по словам Голдман, делает взаимодействие опасным: человек постепенно привыкает обращаться к ИИ при любой тревоге или скуке, превращая игрушку в угрозу.

Специалисты призывают не ставить диагноз каждому, кто общается с нейросетью. Официального понятия «ИИ-зависимость» не существует. Эксперты предпочитают говорить о проблемном или компульсивном использовании, когда человек теряет контроль над этим процессом.

Например, работа или учеба с ИИ в течение четырех часов — это норма. Но есть и другой случай: человек использует нейросеть как единственный способ справиться с эмоциями, даже если сообщений немного.

Эти признаки схожи с классическим зависимым поведением, когда человек лишен «дозы».

Ахмед Юсупов, партнер коммуникационного агентства «Голдман и По», связывает рост обращений с массовым распространением генеративных нейросетей. Раньше это была игрушка для энтузиастов, сейчас же чат-бот есть у каждого владельца смартфона.

ИИ обладает набором привлекательных свойств: он доступен 24/7, не устает, не критикует и не вступает в конфликты. «Эта кажущаяся „беспроблемность“ и превращается в ловушку», — отмечает Юсупов.

Привыкая к идеальной коммуникации, человек начинает воспринимать реальный мир как слишком неудобный. Формируется «цифровая пластиковая близость». Мозг усваивает простую схему: стало плохо — открыл чат — стало легче. Это формирует дофаминовую зависимость, схожую с игроманией или шопоголизмом.

Татьяна Голдман подчеркивает, что в основе часто лежат предшествующие проблемы: одиночество, тревожность, страх отвержения. Поэтому совет «просто сократи экранное время» в такой ситуации примерно столь же эффективен, как рекомендация одинокому человеку «просто найти друзей».

Гендиректор Института исследований интернета Карен Казарян называет ситуацию «очень нездоровой», когда человек предпочитает делиться психологическими проблемами с нейросетью. Люди обращаются к ИИ часто из-за отсутствия других собеседников, а модели стараются быть максимально приятными и поддерживать пользователя.

По словам Казаряна, это создает эффект «цифрового эха»: человек говорит, а система подтверждает его точку зрения, не оказывая реальной помощи. Разработчики уже осведомлены об этой проблеме и обсуждают ограничение подобных сценариев, особенно когда речь идет о психологическом состоянии.

В идеале, считает эксперт, ИИ должен не только поддерживать, но и рекомендовать обратиться к профессиональному специалисту, когда это необходимо.