«Запретный плод сладок»: почему тема VPN в школах вызвала споры

В Иркутской, Ростовской областях и некоторых других регионах России в школах прошли уроки, где учащимся разъясняют нецелесообразность использования VPN и призывают удалить подобные приложения.

Эта инициатива стала частью цикла «Разговоры о важном», однако в условиях, когда дети нередко обучают родителей обращению с гаджетами, она вызвала неожиданно бурную реакцию.

Журналисты опросили представителей политики, IT-сферы и образования. Мнения разделились от осторожной поддержки до скептических замечаний.

Депутат Госдумы Светлана Бессараб считает ограничения оправданными. Она отмечает: «Дети в большинстве своем, конечно, ищут даже из любопытства какие-то пути обхода запретов. И, как мы знаем, запретный плод всегда более сладок».

По её словам, речь не о борьбе с технологиями, а о защите молодёжи от опасного контента. В текущих условиях многие сайты запрещены для молодого поколения, что необходимо для сохранения его психологического здоровья.

Бессараб подчёркивает: не каждый взрослый способен переработать и осмыслить информацию из Сети. Поэтому школа и родители должны фильтровать информационный поток для подростков.

При этом она делает оговорку, что разговаривать с детьми нужно, но «не надо ребят наталкивать на мысль, что какие-то запреты можно обойти». Однако сам разговор о VPN уже может натолкнуть на эту мысль.

Генеральный директор Института исследований интернета Карен Казарян придерживается технологического подхода. Он напоминает, что программы цифровой грамотности существуют, и обсуждение VPN может быть полезным при условии честного разговора.

Казарян отмечает, что школьники нередко разбираются в технологиях лучше родителей, что меняет правила. Если взрослые лукавят, это вредит преподаванию цифровой грамотности.

По его мнению, ученики должны понимать, «что это такое, как это работает и какие возможные есть риски». Но превращать уроки в пропагандистскую кампанию рискованно, так как эффект может стать обратным.

Он считает, что цифровую грамотность нужно системно встраивать в образование с ранних классов. Тогда разговор о VPN будет частью общей картины, а не внезапной темой.

Педагог и академик РАО Евгений Ямбург критикует сам принцип добавления новых тем. «Беда — это то, что каждый свои 5 копеек стремится всунуть в программу», — говорит он.

Он иронизирует: при проблемах с налогами вводят урок о налогах, при экологических проблемах — ещё один предмет. При этом базовые дисциплины не сокращают, а нагрузка на детей растёт.

Ямбург называет такой экстенсивный подход тупиковым. Вместо новых уроков нужно интегрировать темы в существующие предметы силами профессионалов.

Он резко высказывается о попытках действовать в духе «тащить и не пускать»: «Если ребенок не верит школе, то он не верит и государству. Отсюда и цинизм, и всякие совершают поступки». Школа не может игнорировать реальную информационную среду детей.

История с уроками о вреде VPN стала лакмусовой бумажкой для системы образования. С одной стороны — искреннее желание защитить подростков, с другой — цифровая реальность, где запреты работают как реклама, а недосказанность подрывает доверие. В итоге школа рискует научить не осторожности, а обходу и скепсису.