Эксперты о нутрициологах и нейропсихологах в здравоохранении

С 1 сентября 2026 года Минздрав России планирует ввести новую номенклатуру должностей медицинских и фармацевтических работников. В перечень включат такие позиции, как нутрициолог, нейропсихолог, врач по медицине здорового долголетия, эргореабилитолог, а из текущего списка будут исключены врачи-диабетологи, врачи-педиатры городские (районные), подростковые психиатры, сексологи и другие.

Документ уже вызвал бурные обсуждения: часть специалистов видит в нем оптимизацию, другие опасаются, что за новыми названиями скрывается попытка замаскировать нехватку врачей. Журналисты MSK1.RU обратились за комментариями к доктору медицинских наук Павлу Воробьеву и кандидату медицинских наук Семену Гальперину.

Павел Воробьев подчеркнул, что важно разграничивать номенклатуру должностей и специальностей. «Прежде всего надо различать номенклатуру должностей и номенклатуру специальностей, это не одно и тоже», — заявил он. Специальность — это результат обучения в мединституте, а должность — позиция в штатном расписании. Воробьев также указал на некорректную формулировку в проекте приказа о «бакалавриате»: «Но в России в медицине нет бакалавриата — соответственно, не может быть высшего медицинского образования у среднего медицинского персонала!»

Семен Гальперин, в свою очередь, усомнился в необходимости того, чтобы Минздрав регулировал конкретные должности. «Мне непонятно, почему Минздрав вообще берется регулировать конкретные должности. Если у клиники есть возможности и специалисты — пусть клиника сама решает, нужен ли ей узкий профиль», — отметил он.

Относительно исключаемых специальностей эксперты высказались неоднозначно. Воробьев отметил, что число медицинских специальностей в России многократно превышает зарубежные аналоги, и это ведет к неоправданному дроблению пациентов. «Диабет лечат уже много лет врачи общей практики. Иногда отправляют на консультации, чтобы подобрать терапию. Разово», — добавил он. Сексологов он назвал надуманной специальностью в государственной системе.

Гальперин считает, что сокращение диабетологов оправдано, так как все эндокринологи должны владеть этим разделом. Однако он отметил, что любая клиника может создать кабинет диабетологии при необходимости. По поводу сексологов он предположил, что психологические аспекты дисфункций должны решать психиатры или психотерапевты, но готовы ли урологи и гинекологи брать на себя эту нагрузку — вопрос.

Новые должности, особенно нутрициолог и врач по медицине здорового долголетия, вызывают у Гальперина серьезные сомнения. «Нутрициологи вообще нигде в мире не являются врачами. Обычно это курсы для тех, кто продает биодобавки», — заявил он. Он также отметил, что 1296 часов переподготовки для нутрициологов с одной стороны отсеивает шарлатанов, но с другой — создает неоправданный барьер для медиков со средним образованием, которые уйдут в частную практику.

Павел Воробьев напомнил об аналогичной ситуации с валеологами, которые «были очень значимым специалистом, да сдулись». Он прогнозирует, что новые специальности постигнет та же участь. По поводу здорового долголетия он заметил: «Долголетие определяется вопросами социальными, организационными, а совсем не медицинской помощью». Воробьев, более 20 лет заведовавший кафедрой гериатрии, считает, что гериатр должен быть консультантом для других врачей.

Дискуссия затронула и педиатров. Воробьев утверждает, что в большинстве стран мира нет отдельной специальности «врач-педиатр»: «Только консультант — в случае необходимости и в сложных случаях». Он считает, что детей должен наблюдать врач общей практики, а при необходимости направлять к узким специалистам. Гальперин возразил: «Подростковая психиатрия — большой раздел психиатрии. В 70-е годы был бум, и это направление активно развивалось». Он полагает, что решать о необходимости узкого специалиста должна сама клиника.

В итоге оба эксперта сошлись во мнении, что реформа несет скорее имитационный характер. Воробьев: «Меня абсолютно не смущает уход всех узких специалистов в частную медицину. Будет спрос — будут зарабатывать там свои деньги». Он раскритиковал практику, когда врачи имеют по 6–10 «специальностей» и занимаются выдачей справок, а не лечением.

Семен Гальперин резюмировал: «Я вообще не понимаю логику работы Минздрава. Создается впечатление, что им нужно отчитываться: больше приказов — значит, больше эффективности». Он указал на катастрофический дефицит врачей и создание узких специалистов как способ отвлечь внимание от реальных проблем, например от невозможности попасть к терапевту.